Галанина Юлия (yulgal) wrote,
Галанина Юлия
yulgal

Categories:

"Продолжаем разговор":)) (с) Карлсон

Хотела Туксе ответить в комментах, но поняла, что слишком развернутый ответ будет, не поместится, наверное. По поводу "Сумерек" Майер http://yulgal.livejournal.com/170164.html?view=1441972

В комментариях к посту о "Сумерках" есть два идентичных отзыва.
Юля Набокова: Юль, твой отзыв было читать гораздо интереснее, чем саму книгу.
Катя Смолева: Наконец я прочитала твою рецензию :-)))Согласна -- твой отзыв лучше книжки :-))

И это не случайно, далеко не случайно: Юля и Катя профессиональные филологи. И я_знала, что суперпупербестселлер "Сумерки" их далеко не впечатлит. Ровно по той же причине я - надеюсь, что профессиональный историк, если мой диплом не врет - презрительно жму плечами, когда при мне начинают ахать по поводу суперпупермировогобестселлера "Код да Винчи": а чего там ахать? все, что там изложено корявым школярским языком, давным-давно известно, и сообщено без всякого восторженного придыхания и наглого передергивания исторических фактов "ах, это невыносимая тайна, ну какой, какой же там код? боже-боже, это имя там-там-там, присмотритесь, какие кудри у фигуры справа, ну конечно же это женщина, Мария Магдалина, жена Иисуса Христа, мать его детей, это СТРАШНАЯ ТАЙНА, которую ЦЕРКОВЬ скрывала от нас все это время, а ТАМПЛИЕРЫ берегли потомство господа нашего". Птьфу!
Но как человек пытающийся писать интересные книжки, чтобы заработать и прославиться, хе-хе, я понимаю, что история человечества интересна всем, лихо закрученная история еще интереснее, а профессиональные историки получают оргазм от сугубо своих игрушек, читая какую-нибудь муть типа "Внешние факторы, определявшие направленность и характер средневекового образования, были, естественно другими, чем в наше время. КОнечно, не настолько другими, чтобы выйти за рамки собственного воспитательно-образовательного комплекса, нет, они были другими по содержанию, но так же воздействовали на цели, идеалы, задачи, содержание, средства, методы и результаты воспитания и образования, определяя их "средневековость". :))) Для меня здесь сказано все - я из этого абзаца выну и смоделирую то, что мне надо, это для меня идеальная шпаргалка, где каждое слово на своем месте и заключает целый мир, влючая форму шапочки университетских преподавателей.
И я попытаюсь рассказать, почему никогда не сойдутся вода и пламень. Почему то, что определит успех мирового бестселлера для широких масс, будет полной графоманью для специалиста. Именно на примере "Сумерек". Потому что мне тоже хочется вот так - чтобы коврик перед дверью засыпали золотыми монетами, а голивудские режиссеры стояли бы в очереди на экранизацию моего шедевра, а я им - гордо так - нет! Только Эмир Кустурица меня достоин, только он способен понять загадочную славянскую душу!:)))
Я страшно скучаю по тем временам, когда я была маленькая и читала запоем. Чтение было для меня удовольствием. Для юных читателей не существует текста как такового - они сразу за него проваливаются в мечты и начинают шуршать платьями принцесс или махать мечами "И друзей успокоив, и ближних любя, мы на роли героев вводили себя". Они текста НЕ ВИДЯТ, они его чувствуют, он для них, скорее, подпорка для своих мечтаний. Хорошо, когда все понятно, есть картинки, и интересно! Плохо, когда много незнакомых слов и чувствуешь, что ты тут не герой, а так, ученик-троечник на экзамене, того не знаешь, сего не знаешь, сейчас влепят кол и скажут "нам нужен умный читатель, думающий, а вы читали Достоевского и что вы думаете по поводу образа Петербурга в его бессмертном романе?". "Это который собачку утопил? Или старушку? А он чо, несколько книжек написал, да?"
А когда ты начинаешь сам писать, ты вдруг обнаруживаешь, что существуют запятые и их нужно куда-то ставить%-0. И слово подскользнуться, оказывается, поскользнуться на самом деле. И ты со всего размаха шлепаешься лбом о текст - которого раньше ты в принципе не замечал. И не знаешь, что это - расплата Русалочки за право ходить. Теперь ты не сможешь наслаждаться книгами, как было раньше. Теперь ты узнаешь, как это - пихать в себя текст, про который друзья тебе сказали "потрясная книга!!!" и не иметь ни какой возможности проглотить, потому что горло спазмом перехватывает от отвращения. Тебя будет рвать от кривых абзацев, от неверных слов, от картонных героев и деревянных мечей - в самом прямом смысле этого слова будет рвать. Будет болеть голова, будет подниматься температура, желудок будет в узел завязываться, как от протухшего супа. То, что было твоим удовольствием, превратится в кошмар. Ты станешь вампиром и с отчаяния начнешь полосовать клыками на части очередное юное дарование, которое сунулось к тебе со своим кровью сердца написанным шедевром, где грамматические ошибки перемежаются со стилистическими ошибками, а герои не могут просто присесть, а обязательно должны "совершить приземление". А тебя так били за твои грамматические ошибки, перемежающиеся со стилистическими и за то, что твой любимый герой совершил приземление на зеленую травку(это был тонко прописанный юмор в тексте, до которого просто не доросли!), и себя ты бил так, что никакому критику даже близко не получалось, пытаясь понять, ну как же надо сделать, чтобы то, что внутри тебя бурлит, хоть отдаленно похоже легло на бумагу, как, как, как? - что ты не в силах читать это в чужой работе, опять окунаясь в ту боль, в ту муку.
А испуганный молодой автор будет судорожно прижимать к себе созданного котеночка, маленького, хорошенького, такого пушистого, гавкающего, которому он и бантик привязал, и шерстку зеленой гуашью покрасил, он такой лапушка и очаровашка, а тут кружит этот оборотень, пена с клыков падает, и то лапу моей кровиночке оторвет, то хвост, а то и на горло самого автора жадно так посмотрит, на яремную вену, упырь проклятый. И такая неподдельная ненависть от него прет, что хоть вешайся, и котеночка жалко. Хорошо, что у любителя котят есть верные друзья, которые не бросят его в беде, а скажут - да не убивайся, это ж обычная творческая зависть, они твой шедевр просто не поняли. Ничо, я для народа пишу, а не для этих кровососов.
А ты узнаешь, что есть люди, которых учат ВИДЕТЬ текст - они, эти филологи, не едят что попало, они суп только понюхают и уже все поняли. Они получают удовольствие не от бражки прокисшей, а от коллекционного коньяка. У них свои книжки, в которых каждое слово на своем месте. Им про них рассказали, их научили пользоваться словами, они не изобретают велосипед, как ты. По их любимым книгам ходят живые, тонко прописанные, сложные люди, такие, как в жизни. И ты - терпенье и труд все перетрут - тоже начинаешь получать удовольствие от текстов, на которые раньше смотрел как баран на новые ворота. Понимая, что вот теперь-то тебе каюк. Ты оторвался от масс.

И ты понимаешь, мировой бестселлер, книжка для всех, должна быть понятной и интересной.
Для людей, которые текста НЕ ВИДЯТ, шагают сразу в мечты.
Для них будет достоинством то, что для людей, которые текст ВИДЯТ, будет недостатком.
Тем, что изголодавшийся по острым чувствам читатель проглотит залпом и не поморщится, филолог подавится и выплюнет, и хорошо, если не отравится. Его профессиональное умение видеть текст станет барьером, не пропустит в страну фантазий, куда радостно ухнет многомиллионная толпа, обеспечившая изданию тиражи и продажи. А у тебя есть шанс - ты сам это пойло варишь, может быть не такое вкусное, но иногда ты способен понять и автора, и читателя, и, о ужас, литературного критика.
Твое отличие в том, что ты знаешь один маленький нюанс. То, что для филолога ВСЕГДА будет картоном, для читателя в_одном-единственном_случае будет настоящей литературой. То самое чудо, когда деревянный меч становится булатом. То, что ничем с виду не примечательную книгу со стандартным сюжетом и шаблонными персонажами вдруг выносит на пьедестал мировых шедевров.
Я потому и приводила эти характерные цитаты:
"Когда в комнате стало темно, я вдруг отчетливо осознала, что Эдвард сидит всего в нескольких сантиметрах от меня. По телу словно прошел электрический разряд, и мне страшно захотелось коснуться его прекрасного лица. Всего раз, а в темноте никто не увидит... Я судорожно скрестила руки на груди и сжала кулаки. Я просто схожу с ума", ""Под пиджаком из тонкой бежевой кожи была шерстяная водолазка цвета слоновой кости, обтягивающая мускулистую грудь." и т.д.
Вам любой специалист скажет, что это убогий текст, штамп на штампе, "прекрасное лицо", "мускулистая грудь" и тэ дэ и тэ пэ. Никакого разнообразия в описаниях, все одно по одному.
Но для автора, для Стефани Майер, это не штамп, это единственно верные слова, и кудри у Эдварда бронзовые и никакие другие, и электрические разряды бьют, когда они с Беллой сидят в темноте и оба сгорают от желания прикоснутся друг к другу и не могут, и сжимают кулаки до побелевших костяшек. Она рассказывает эту историю себе, она в нее ВЕРИТ, они для нее живые и настоящие, она им самое лучшее отдала, и дом роскошный, и "вольво", и мускулистую грудь мужчине своей мечты - и мы это ЧУВСТВУЕМ даже сквозь перевод. Читатели - чувствуют захватывающую игру как дети, проваливаясь в мир Сумерек, восхищаясь и ужасаясь, захлебываясь от сладких предвкушений и морозов по коже, а ты чувствуешь ее - как вампир вампира, как ведьма ведьму, ты понимаешь, на какие чувства она давит, ты видишь, как много там соли и сахара, но ты понимаешь, что она не на твои, а на свои чувства давит, она рассказывает СЕБЕ эту сказку взахлеб, выстраивая ее из всего, что под рукой, и это рождает доверие. Потому что вещь, сделанная для себя, всегда отличается от вещи, сделанной на продажу. И ты понимаешь, что именно для этой книги пиджак тонкой бежевой кожи не штамп, а бесценная находка, в этот пиджак ты, читатель, сможешь упаковать кого тебе вздумается, чтобы твои переживания в унисон с переживаниями Майер стали еще острее. Но как только ты вынешь этот несчастный пиджак из текста и попытаешься применить еще где-нибудь - карета превратится в тыкву, мускулистый жеребец в крысу, и это будут банальные штампы, каких пруд пруди, читайте это добро сами.
И именно потому мне страшновато читать второй том саги: уж я-то знаю как никто другой, что в первом томе обычно собрано самое вкусное, ради чего читатель и прощает автору отсутствие техники, а вот во втором томе огрехи могут вылезти во всей красе, ведь никуда они не делись, и волшебство может не состояться...
А Тукса - которая все это видела с самого начала - скажет: "Я же тебя предупреждала:
"Эти бесконечные "о, как он красив!!!" и "желаешь поплакать" для меня просто убивают текст".
И будет права.

Вот два правила написания бестселлера, в которые я свято верю:)
1. Не пытайтесь повторить то, что у вас получилось случайно. (Не помню кто).
2. Если автор не получил удовольствия от текста, не получит его и читатель. (Пан Анджей Сапковский).
Tags: Стефани Майер, ремесло такое
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 116 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →